РАСЦВЕТ КАМЕРОНОВ
Я посвятил большую часть своей жизни военной службе. Я был вынужден стать добровольцем.
Майкл Камерон, цитата из «Жизни Майкла Камерона» Генриетты Вела, издательство «Книги Новой Земли», 2399 год
Перед Гегемонией, особенно перед Верховным Советом, теперь встала задача найти кого-нибудь для замены незаменимого Джеймса МакКенну. В Гегемонии после Бойни на Сирме сохранялось еще достаточно общественных и политических разногласий для того, чтобы заставить верховных советников поспешить. Пока же они согласились с тем, что следующий кандидат на должность директор-генерала должен обладать, по меньшей мере, хотя бы некоторыми из качеств Джеймса МакКенны, если же не его именем.
Относительно единственного отпрыска Джеймса МакКенны, Конрада, даже не возникало сомнений. Разжалованный и исключенный из рядов ВСГ, он сбежал в свой лондонский дом, где потихоньку сходил с ума среди зарослей домашних растений и полусотни кошек. Другие же близкие родственники, такие, как сестра МакКенны, Катерина МакКенна, или кузен Устон МакКенна, были или слишком молоды, или слишком незаинтересованы в этой работе, или наоборот, страстно жаждали её.
Расширив свои поиски и включив в них более отдаленных родственников последнего директор-генерала, советники, в конце концов, остановили свой выбор на двух кандидатах. Грэхэм Неллас, племянник Джеймса МакКенны, представлял в Терранском конгрессе тихоокеанские северо-западные штаты Северной Америки. Сорока пяти лет от роду, он отслужил в ВСГ в качестве офицера морской пехоты и за свои действия во время завоевания Аддикса был награжден медалью за проявленную доблесть. Представительный Грэхэм был политическим консерватором и превосходным оратором.
Другим кандидатом – несмотря на то, что некоторые советники считали, что он был не так хорош, как сенатор Грэхэм Неллас, – был Майкл Камерон, троюродный брат МакКенны. Ему было всего тридцать и в то время он был офицером запаса. Это был учёный, все жизнь старавшийся держаться на порядочном расстоянии от любого рода политики и религии, вместо которых он верил в то, что называл «благородство сердца».
Одной из причин, по которой верховные советники выбрали Майкла Камерона, были его эрудиция и интерес к серьёзным исследованиям. Он мог обсуждать практически любую тему, демонстрируя уровень знаний, равный или даже превосходящий уровень некоторых экспертов. Это привело к тому, что позднее он стал известен как первый за несколько столетий истинный Человек Возрождения, что Майкл Камерон счёл наивысшей похвалой.
Другое качество, которое привлекло верховных советников в Майкле Камероне, была его страсть, с которой он относился ко всему, что делал. Кто-то однажды сказал, что когда он был глубоко поглощён проектом, вокруг Майкла «витала странная аура судьбы, и вы почти слышали гром его мыслей и видели всполохи молний в его глазах». Другие истории описывают Майкла как проводящего дни и ночи напролёт в работе над исследовательскими проектами, или решающего различные проблемы, встававшие перед его вспомогательным подразделением.
Несмотря на то, что некоторое восхищались этим качеством настырной решимости, другие называли это навязчивым поведением и даже признаком вероятной психической неуравновешенности. Однако как личность Майкл Камерон произвел на верховных советников глубокое впечатление своей честностью и умом.
МАЙКЛ ПОБЕЖДАЕТ
В то время, как день вынесения решения приближался, советники так и не пришли к общему мнению, кого же рекомендовать на должность следующего директор-генерала, а споры становились всё более горячими и напряжёнными.
Всего за день до того, как должно было быть сделано представление, советники так и продолжали колебаться. Из-за невозможности решить этот вопрос самостоятельно они решили вынести кандидатуры Грехэма Неласа и Майкла Камерона на всенародное утверждение. В частности, многие советники считали, что общественность выберет более представительного Греэхэма Неласа, другие же надеялись, что она оценит гений Майкла Камерона, несмотря на его скромное поведение.
Согласно правилам о проведении выборов, установленных директор-генералом Джеймсом МакКенной, оба кандидата начали жёстко регламентированные избирательные кампании. Количество и форма выступлений перед общественностью были жёстко ограничены, а реклама в СМИ была запрещена. Предыдущий директор хотел быть уверенным в том, что дни, когда люди выбирали фотогеничную персону с обезоруживающей улыбкой и ветром в голове, ушли безвозвратно.
В средствах массовой информации – как перед экранами голокамер, так и на страницах печатных изданий – общественность являлась свидетелем частых дебатов между Майклом Камероном и Грехэмом Нелласом. Грехэм Неллас держался обходительно и самоуверенно, но представляя себя, возможно, был слишком несдержан на язык. Грехэм также имел опыт работы в Терранском конгрессе, этот факт он подчёркивал как можно чаще. Тем не менее, избиратели с большим перевесом проголосовали за серьёзного и выдающегося Майкла Камерона, доверившись его спокойной уверенности. Этот результат был невероятен, но три официальных пересчёта голосов, потребованных верховными советниками, не выявили свидетельств фальсификации или подмен в результатах голосования.
17 января 2340 года Майкл Камерон принес присягу в качестве второго директор-генерала и лорда-протектора Терранской Гегемонии.
ПРАВИТЕЛЬСТВО И НАУКА
Майкл Камерон потратил свои первые несколько лет в качестве директор-генерала на ознакомление с правительством Гегемонии. Он также привыкал быть на виду, хотя так он чувствовал себя некомфортно. Тем не менее, в своей работе он достиг предельной концентрации.
Одним из первых действий Камерона было создание Исследовательского союзного министерства Гегемонии, и, таким образом, научные проекты правительства, за исключением военных, были упорядочены и централизованы. Когда была установлена эффективная система управления, количество исследовательских проектов, проводимых правительством, быстро удвоилось. Но как только новый директор стал всё большие суммы направлять на научные исследования, остальные члены правительства начали проявлять недовольство. Хотя многие протестовали против финансирования изучения того, какие виды профилактических лекарств можно получить из бумаги, немногие могли что-нибудь возразить против исследований, которые привели к изобретению портативного ядерного генератора, достаточно компактного для размещения в скафандре, или открытию лекарств от опасных инопланетных заболеваний.
Помимо создания влиятельного ИСМГ, Майкл Камерон провёл несколько более завуалированных изменений в правительстве. Из-за его гения и любви к знаниям многие правительственные официальные лица, в частности, те, кто непосредственно отчитывался перед ним, получили стимул удвоить свое усердие. И с этим духом разумности, пронизывающим весь бюрократический аппарат, правительство стало невероятно эффективным.
В экономической сфере Майкл Камерон непреклонно отстаивал нравственность. Он настоял на усилении правительственных агентств, в ведении которых находились экономическая и деловая деятельность. Также на ряде планет он поддержал развитие нетрадиционных экономических систем. Хотя это и расстроило несколько экономических неандертальцев, для известного числа более бедных планет Гегемонии альтернативные экономические системы, например, социализм, показали себя более подходящими, нежели «дикий» капитализм.
Цитата
ЗНАМЕНИТОСТИ
РОДА КАМЕРОНОВ
Сэр Эван Камерон (1426-1511 гг.): Семья Камеронов может достоверно проследить свое происхождение до Шотландии 15 века и сэра Эвана Камерона Локиельского. До этого Камероны упоминаются в древних шотландских летописях, преимущественно в ссылках на кузнецов Камеронов из шотландских высокогорий. Сэр Эван Камерон получил свой титул в 1505 году от Джеймса Стюарта IV, короля Шотландии. Это была награда за участие Эвана в битве при форте Нью-Дрил, небольшом столкновении между силами клана Стюартов и бандитами, намеревавшимися похитить продовольствие из прибрежного городка Нью-Дрил.
Ричард Камерон (1648-1680 гг.): Потомок сэра Эвана и основатель «Преображённого пресвитерианского движения». Ричард выступал против союза церкви и государства при короле Чарльзе II. Они отложились от официальной шотландской пресвитерианской церкви ради формирования своей собственной. Когда они отказались принести официальную клятву верности в 1674 году, эта группа была лишена многих своих прав и находилась под большим подозрением у правительства. После смерти Ричарда Камерона в битве при Аирдс Мосс, король Чарльз жестоко преследовал его сторонников в 1680 году.
Симон Камерон (1799-1889 гг): Симон Камерон – это американец, который при президенте Аврааме Линкольне был его первым военным министром. Начало своей жизни он провел в Пенсильвании, где искал удачу на железной дороге, в банковском и в газетном деле. В 1824 году он занялся политикой в качестве сторонника Джона С. Колхауна. В 1845 году он был избран в конгресс, а в 1860 году баллотировался на пост президента. Президент Линкольн решил назначить его на пост военного министра, но лишь на 2 года. Некомпетентность Камерона вынудила президента просить его уйти в отставку.
Симон Камерон продолжал служить в качестве посла и сенатора вплоть до своей отставки в 1877 году.
Симон Камерон оценивается многими американскими историками как первый государственный заправила в американской политике. В ходе своей карьеры он много раз подвергался обвинениям в коррупции, но его большое влияние не позволило начать против него уголовное преследование. Камерон оказался вовлеченным в национальный скандал, когда он растратил средства, доверенные ему как комиссионеру для индейцев Виннебаго.
Сэр Дэвид Ян Камерон (1865-1945 гг.): Шотландский художник и гравер, который родился в Глазго, Шотландия. В свои студенческие годы, проведённые в Глазго, Дэвид Камерон неожиданно сменил изучение бухгалтерской деятельности на изучение искусства. Позднее он посвятил свою жизнь живописи и гравировке в стиле подчёркнуто строгого эмоционального экспрессионизма.
Кевин Камерон (1921-1945 гг.): Во время 2-й мировой войны Кевин Камерон был шотландским пилотом в Королевских воздушных силах. До войны он был многообещающим пианистом, обучавшимся у нескольких известных европейских преподавателей. Он вступил в КВС в конце 1938 года. Управляя истребителем «Хок Харрикейн» во время Битвы за Британию, он сбил пять истребителей врага. В 1944 году он сам был сбит над Францией и в начале 1945 года скончался в немецком лагере для военнопленных.
Джессика Камерон (1960-2012 гг.): Австралийский биохимик, Джессика Камерон получила Нобелевскую премию за свои исследования в области различного рода вакцинации против ретровирусов.
Также она была яростным сторонником ядерного разоружения и убедила свое правительство объявить себя нейтральным государством в 2010 году. Она погибла в автомобильной катастрофе в 2012 году.
Тимоти Камерон (2204-2238 гг.): Единственный осуждённый за убийство член семьи Камеронов родился в Сент-Винселе, Шотландия, и обучался на планетарного инженера в Университете Глазго. Он покинул Терру в 2227 году и поселился на Колонии Бета, Мюрфрид, где он отвечал за управление скудными растительными и водными ресурсами колонии.
В 2229 году его жена, Бонни деКирк, родила Мишеля Камерона. Год спустя Тимоти Камерон выяснил, что настоящим отцом ребёнка являлся Лаймонд Ду Нон, близкий друг семьи. 5 марта 2230 года Лаймонд Ду Нон был найден погибшим от огнестрельных ранений. Тимоти Камерон был осуждён и признан виновным в убийстве Ду Нона, проведя остаток своей жизни в исправительном центре Колонии Бета. Уже находясь в тюрьме, он опубликовал ряд работ, которые позднее привели к революционным достижениям в управлении планетарными ресурсами.
Из «Фамильного древа Камеронов» герцога Ричарда Френсера, «Кафское генеалогическое издательство», 2567 год
Из обращения директор-генерала Майкла Камерона к Терранскому конгрессу 1 января 2351 года
Речь, произнесённая лордом-протектором Терранской Гегемонии пред ассамблеей Терранского конгресса в новогодний день 2351 года, объявившая о восстановлении средневековой системы знати, произвела эффект разорвавшейся бомбы. Система включала в себя шесть ступеней титулов, расположенных согласно иерархической лестнице Старой Англии. В порядке уменьшения значимости они таковы: герцог, маркиз, ярл, виконт, барон и рыцарь. В качестве признательности Гегемонии каждый титул наделяет своего владельца определёнными привилегиями и почётом, а также земельным наделом и денежной суммой. Директор-генерал объявил, что первый «Список пэров» будет составлен в течении шести месяцев.
Вопрос о том, почему же Майкл Камерон решил возродить эту в какой-то степени классовую систему слишком сложен для того, чтобы дать здесь на него ответ, однако необходимо сделать несколько замечаний. Во-первых, важно отметить то, что Майкл Камерон не собирался делать эти титулы переходящими по наследству. Право на титул прекращалось одновременно со смертью его владельца. В это же время семья скончавшегося дворянина обретает свой прежний статус, сохраняя за собой лишь свои земли и деньги. Несмотря на то, что заметки Майкла Камерона, обнаруженные позднее, говорят о том, что он подвергался искушению позволить передачу титула ближайшему родственнику, он решил, что это только лишь «породит новый класс снобов, вместо того, чтобы поддержать достойных в достижении ими высоких целей».
Второе, что стоит помнить, так это то, что хотя титулы и не использовались до правления Майкла Камерона, подобие дворянства в Терранской Гегемонии уже существовало. Его большая часть состояла из богатых промышленников, некоторые были людьми выдающегося ума, а остальные были популярными звёздами эстрады. Майкл Камерон учредил формальный кодекс дворянства, который признал и особые достижения остальных.
Некоторые люди немедленно выступили против идеи нового дворянства, заявив, что Майкл Камерон желает лишь закрепить директор-генеральство за своей семьёй. Остальные считали, что система дворянства возродит всё плохое, что было в Средневековье, несмотря на то, какими высокими не были бы идеалы Майкла Камерона. Пока же остальные считали, что эта система приведёт к искажению социального развития, а Гегемония должна двигаться дальше к бесклассовому обществу, а не к иерархичному. Большинство же решило подождать и посмотреть, кто же станет первым дворянином.
Правительственные служащие заняли уклончивую позицию, хотя высокопоставленные чиновники потихоньку потирали руки в предвкушении денег, земель и почёта, который они надеялись получить. Каждый был уверен, что он, несомненно, будет кандидатом на дворянство, точно также считали и высокопоставленные чины в ВСГ.
Когда Майкл Камерон объявил свой «Список пэров», в высших эшелонах власти были разочарованы, но простые граждане были довольны. Директор-генерал зачитал фамилии 31 мужчины и женщины, которых он счёл заслуживающими титулов. 18 из них не имели никакого отношения ни к правительству, ни к военным, и не один не приходился родственником директору-генералу.
Стоит упомянуть некоторых из первых дворян. Юмико Сакума была известной писательницей из глухой деревушки на Торине и самым любимым автором Майкла Камерона. Бóльшую часть своей жизни она провела на «передовой жизни», коллекционируя истории о различных Исходах. Помимо титула «Графиня Искусств», директор-генерал предложил ей большой остров на Торине и роскошный особняк, но Сакума тактично, но твёрдо отказалась от них.
Другим первым дворянином был профессор Грегори Атлас, руководитель сверхсекретного исследовательского проекта ИСМГ в Университете Зимбабве. Несмотря на то, что даже с получением титула сущность проекта Атласа не была обнародована, позднее стало известно, что он был ответственен за доработку и реконструирование технологии миомерных волокон. В конце концов, он разработал один из первых робомехов, а его работа стала основой для бэтлмехов.
ЛЕДИ МАРГАРЕТ КАМЕРОН
Лорд Майкл Камерон прослужил на посту директор-генерала 27 лет вплоть до своей отставки в 2367 году. К концу его правления Гегемония наслаждалась экономическим процветанием и политической стабильностью, а также возвратила свое значение центра человечества. Введение нового дворянства увенчалось успехом, и многие новые дворяне совершили даже более великие деяния, нежели те, которые и принесли им эти титулы.
Немногие оспаривали то, что Майкл Камерон был дальновидным и компетентным лидером. Не вызывало удивления и то, что он искал способ упрочнить положение своих наследников, что он и сделал в тот же год, когда было создано дворянское сословие. Из-за его популярности немногие выступали против «Эдикта о Камеронах» от 2351 года. Одной строкой он заложил основы правящей династии, узаконив для своих дочерей сохранение фамилии Камерон даже после замужества. Это означало, что женщина-наследник может прийти к власти как Камерон, и что её отпрыски вместо фамилии отца будут на законных основаниях носить фамилию по материнской линии.
Когда Майкл Камерон уже в преклонных годах решил уйти в отставку, очевидным выбором в качестве продолжателя его политики стала леди Маргарет Камерон, дочь Майкла. Сорока двух лет от роду и имея десятилетний стаж службы во Флоте ВСГ, Маргарет во многом была такой же умницей, как и её отец. В равной степени она была трудолюбивой и активной, но более общительной. Хотя Майклом Камероном восхищались и уважали, его серьёзность всегда делала его в чём-то недосягаемым (отчуждённым). Леди Маргарет, напротив, выросла у всех на виду и наслаждалась этим.
В 2347 году она вышла замуж за Александра Эллиса, богатого промышленника, у них родилось трое детей – Раймонд, Брайан и Юдифь. Хотя она покинула Флот ради воспитания детей, она продолжала играть активную роль в правительстве Гегемонии. Верховным советникам потребовался лишь час, чтобы решить вопрос о вынесении её кандидатуры для ее всенародного утверждения. Месяц спустя леди Маргарет Камерон принесла присягу в качестве третьего директор-генерала.
В первый год своего правления Маргарет представила правительству противоречивый билль. «Билль о военных сборах и подготовке» призывал каждого взрослого пройти службу в ВСГ в качестве члена милиции своей родной планеты. Каждый гражданин вплоть до возраста 55 лет был обязан один месяц в году провести на военных манёврах. На планетах, граничащих с другими государствами, каждому гражданину предписывалось иметь дома винтовку. Эта система не только утроила размер ВСГ, но и высвободила профессиональных солдат для усиленных подразделений.
Как ни странно, но самые громкие протесты против нового билля раздавались со стороны высокопоставленных военных и ведущих предпринимателей. В ВСГ жаловались, что эта новая система скорее приведёт к распылению военных сил, а не к их укреплению. Они опасались, что новые милицейские подразделения будут слабы, и на поле боя это сыграет свою роль. Предприниматели сетовали на потерю целого месяца работы для своих рабочих, также им не нравились намёки на то, что они должны были обеспечить неминуемое мощное наращивание вооружения.
Что же касается общественности, то те, кто имел моральные ограничения, могли проходить службу на альтернативной основе или даже полностью быть освобождены от неё, если так требовала их совесть. Большинство среднестатистических граждан, несмотря на некоторые опасения за свое будущее, соглашались на прохождение государственной военной службы и по достоинству оценили возможность получить дополнительные деньги.
Директор Маргарет пригрозила в обход Терранского конгресса обратиться напрямую к народу для одобрения её военных реформ. Боясь поражения и политического раскола, Терранский конгресс уступил и одобрил «Билль о военных сборах и подготовке».
Тем временем ВСГ продолжали расширять возможности военных технологий. Во время правления директора Маргарет была построена новая серия боевых кораблей, крейсеры класса Эгида/Aegis. Эти корабли были небольшими, но обладали большей огневой мощью, нежели предшествующие им крейсера и линкоры. Помимо этого, ВСГ начали эксперименты с так называемыми «сброс-поддонами», чашеобразными тепловыми щитами, в которых танк находился до тех пор, пока компьютер внутри поддона с помощью нескольких реактивных двигателей не выполнит серию точных манёвров. Хотя первые попытки с использованием полной нагрузки были крайне неудачными, ВСГ всё-таки продолжили эти эксперименты.
От своего отца леди Маргарет Камерон унаследовала также и интерес к наукам. Первые коммерческие рабомехи – как и разработка более дешёвой технологии аффинажа для более эффективного извлечения металлов из горных пород – выпускались под её руководством. Возникший в результате этого экономический бум подстегнул экономику и резко поднял уровень жизни в Гегемонии.
На самом же деле этот технологический рывок вынудил правительство учитывать некоторую утечку новых разработок в другие государства. В глубине души директор верила, что если поделиться превосходной технологией Гегемонии, то этим она почтит своего отца и воплотит мечту Джеймса МакКенны – чтобы Гегемония была путеводным маяком человеческой цивилизации. Но шли годы, трения между другими межзвёздными правительствами нарастали, и в 2380 году Гегемония вынудила директора Маргарет согласиться на военное вмешательство, а ИСМГ потребовало законных ограничений на экспорт важной технологии. Такая политика стала известна как «материнская доктрина», а важные и секретные технологии были указаны в соответствующих официальных перечнях.
Цитата
ПРИЧУДЛИВОЕ ВООРУЖЕНИЕ ВСГ
Крейсеры-«початки»
Крейсер класса Потёмкин/Potemkin, разработанный и построенный на Рижских межзвёздных вервях, является, возможно, самым странным кораблём, когда-либо состоявшим на вооружении Флота Гегемонии. Его основной корпус – это мощный цилиндр с главными орудийными системами, расположенными на носу и вокруг сворачиваемого паруса и сопел внутрисистемных двигателей; на боках же крейсера находятся 25 стыковочных колец для шаттлов, тип которых зависит от каждой конкретной миссии. Чаще всего использовались суда старого класса Диктатор/Dictator, предшественника класса Повелитель/Overlord.
Крейсеры класса Потёмкин хорошо зарекомендовали себя, но огромное потребление 25 шаттлами горючего делало необходимым сопровождение крейсера в битве, по меньшей мере, двумя танкерами, что сводило на нет доктрину Камерона о достижения максимальной автономности каждого корабля. После участия в освобождении Терры Рига, последний крейсер класса Потёмкин, был в 2781 году списан из Сил обороны Звёздной Лиги. Рига был вновь введён в строй Александром Керенским в 2784 году и в конце концов принял участие в Исходе регулярной армии.
«Гадкий утёнок»
В 2390 году компания «Уэпонрис Джонсон-Альдис» объявила о начале производства боевой машины, которая должна была произвести революцию на полях сражений. Названная Торизером/Thorizer в честь летающего хищника с Торина, она была помесью судна на воздушной подушке и реактивного истребителя. Торизер бόльшую часть времени передвигался как судно на воздушной подушке, но скрытые крылья и спрятанные сопла могли при необходимости обеспечить ему реактивное ускорение. Постепенно Торизер всё больше и больше увеличивал реактивную тягу при помощи сопел двигателя и отрывался от земли, как только были раскрыты крылья.
Как и большинство гибридного оборудования, Торизер не соответствовал стандартам ни одного из своих родителей. Из-за отсутствия брони это было плохое судно на воздушной подушке, и это был плохой истребитель, потому что развивал скорость, вдвое меньшую, нежели самые медленные из его воздушных противников. Экипажи быстро прозвали Торизер «гадким утёнком», он прослужил лишь 20 лет и то в основном в милицейских подразделениях.
Бестолковый ранец
Тестирование БМРПП (боевой маневровый ранец повышенной переносимости) «Starbird», выпускавшийся на Альтаире компанией «Парк-Нильдсон пропалсен системс», превзошло все ожидания наблюдателей. Лётный ранец «Starbird» предназначался для использования морскими пехотинцами для маневрирования между космическими кораблями во время абордажа и поисково-захватнических операций. Это подразумевало, что он будет лёгким, прочным, надёжным и оснащён новейшим компьютерным и навигационным оборудованием. Поскольку «Starbird» отвечал всем этим требованиям, то неудивительно, что в 2399 году Морской корпус заказал более 100 тыс. таких ранцев.
Несколько месяцев спустя Морской корпус Гегемонии начал получать многочисленные рапорты от солдат, указывавших на то, что лётный ранец при намерении использовать его в одном направлении неожиданно ускорялся в сторону другого направления. Поначалу Морской корпус игнорировал эти рапорты, обвинив неопытных солдат в неправильном использовании лётных ранцев. Однако со временем число таких рапортов лишь возрастало; наконец, об этом стало известно гражданскому правительству, которое начало расследование этих инцидентов. Уступив серьёзному давлению со стороны общественности, Морской корпус приостановил любое использование лётных ранцев «Starbird» и начал своё собственное расследование.
Корнем всех бед оказались компьютерные чипы командно-маневровых пультов управления, плохо разработанные и собранные, в результате чего оказывались очень чувствительны к перегреву. Однако вместо полной замены таких чипов они послужили основой для создания устройства, которое эксперты окрестили «тепловым индукционным командным триггером». Эти чипы могли обрабатывать любые команды от оператора, но лишь полностью наоборот. Понадобились квинтильоны долларов и 9 месяцев переработок, чтобы вернуть лётный ранец «Starbird» в арсеналы Морского корпуса Гегемонии.
Из Исследовательского бюллетеня КомСтара №61283217, «Оружейные разработки в эпоху Звёздной Лиги»
В феврале 2380 года Маргарет Камерон был поставлен диагноз – рак шейки матки. Хотя спустя два года недуг стал отступать, Маргарет продолжала оставаться слишком слабой для должного управления правительством Гегемонии. В марте 2380 года она объявила о своей отставке, предложив в качестве преемника своего сына, Раймонда Камерона.
Несмотря на свои 34 года, Раймонд также не отличался отменным здоровьем. За 10 лет до этого, будучи молодым пилотом, он попал в авиакатастрофу, которая едва не стоила ему жизни. Катастрофа страшно изуродовала его лицо, кроме того, у него были и другие ранения, последствия которых продолжали сказываться на его здоровье. Также у него не могло быть детей, но, тем не менее, Верховный совет выдвинул его кандидатуру, и он был избран народом в качестве четвертого директор-генерала.
Женой Раймонда Камерона была Катерина МакКуистон, чья семья основала Федерацию Скаи и была среди основателей Содружества Лиры. До настоящего времени отношения между Гегемонией и высокоиндустриальной Федерацией Скаи продолжали оставаться холодными из-за Попечительской доктрины, не позволявшей Гегемонии распространять технологии. Предприниматели с обеих сторон надеялись, что приход лорда Раймонда возвестит о установлении более выгодных отношений между двумя государствами.
Однако этому не суждено было случиться. Директор-генерал Раймонд показал себя даже более внимательным и заботливым к торговым секретам Гегемонии, нежели к своей жене. Ощущая пренебрежение, Катерина завела любовный роман с братом Раймонда, Брайаном. Тем временем Раймонд усилил ограничения, налагаемые внесением в список секретных технологий.
В 2385 году планета Бриант (Bryant) проголосовала за то, чтобы директор-генерал отменил или изменил закон, требующий призыва в ВСГ всех способных служить мужчин и женщин. В ответ на это Раймонд срезал все бюджетные ассигнования Брианту, пригрозив начать военную операцию, если народ этой планеты не откажется от своего требования. Населению Брианта не оставалось ничего иного, кроме как отозвать свою петицию.
Тяжеловесными акциями наподобие этой директор вызвал ожесточение к себе по всей Гегемонии. В последующие 2 года как народ, так и Конгресс становились ему все более и более враждебными. Уже более не в состоянии добиться принятия нужных себе законов, Раймонд Камерон стал издавать «чрезвычайные» или «временные» директивы.
В конце 2387 года Катерина МакКуистон забеременела, вызвав этим ошеломительный скандал и приведя директора Камерона в неистовство. Брайан Камерон был арестован. Когда Раймонд публично обвинил своего брата в измене, преступлении, каравшемся смертью, всё государство охватил политический кризис.
На экстренном совещании, состоявшемся за два для судебного процесса, Верховный совет попытался изменить настрой директора. Однако ему этого не удалось. Через некоторое время Раймонд Камерон был найден мёртвым в гардеробе Зала Правосудия.
БРАЙАН КАМЕРОН
Заключение медэксперта убедительно показало, что Раймонд Камерон скончался от коронотромбоза, вызванного лекарством, которое он принял незадолго до этого. Однако по всей Гегемонии распространились слухи об убийстве, вызвав брожение среди людей.
Многие хотели, чтобы были сняты все обвинения с Брайана Камерона, и он смог принять пост директор-генерала. Другие доказывали, что даже если Брайан и не виновен в убийстве, он всё равно остается прелюбодеем и поэтому не годится на должность директор-генерала. Когда же Катерина родила сына Брайана, которого она назвала Ричардом, скандал и споры достигли наивысшего накала.
Верховному совету требовалось восстановить ясность. Так как не было других родственников Камеронов, обладающих подходящими характеристиками для выдвижения, Совет решил привести к присяге в качестве и.о. директор-генерала Митчела ДуКирла, президента Терранского конгресса и племянника покойной Сони ДуКирл. Имея хоть кого-нибудь во главе государства, у верховных советников были развязаны руки для проведения судебного разбирательства по делу Брайана Камерона. Этот противоречивый поступок был единственно возможным способом, какой могли представить себе верховные советники для того, чтобы разрешить эту ситуацию, избежав обвинений в подтасовках. Два месяца им потребовалось для того, чтобы собрать материалы по делу лорда Брайана из разрозненных дневников предыдущего директора. Затем материалы были представлены Верховному суду. Как и ожидалось, Верховный суд отказал в принятии дела к производству, и верховные советники приступили к публикации всего того, что им удалось обнаружить.
Их затея удалась. Изучив речи безумно ревнивого Раймонда Камерона, даже самые подозрительные были вынуждены признать то, что тяжкое преступление, в котором обвинялся Брайан Камерон, вполне могло оказаться простым наговором. В сентябре 2388 года верховные советники выставили кандидатуру Брайана Камерона на пост директор-генерала Терранской Гегемонии. Брайан Камерон стал новым лидером, хотя и победил лишь с небольшим перевесом голосов. За 15 лет, в ходе которых Брайан Камерон занимал пост директор-генерала, он сделал два больших дела для Гегемонии, а первое из них – сразу же после своего вступления в эту должность. Во время правления своей матери Брайан был послом в Синдикате Дракона. Несмотря на то, что государство Куриты было настроено достаточно миролюбиво во время ничем не выдающегося правления Нихонги Куриты, Брайан не мог сбрасывать со счетов их воинскую философию. Он знал, что однажды слабовольный Нихонги уйдёт с политического Олимпа, и воинственная кровь Куриты возьмет своё. В целях подготовки к грядущему будущему противостоянию между Гегемонией и Куритой Брайан в 2391 году объявил о значительном увеличении военного финансирования.
Бόльшая часть выделенных средств была направлена на создание огромных военных комплексов на всех планетах, граничащих с Синдикатом Дракона. Эти комплексы, ставшие впоследствии известными как «Замки Брайана», были призваны не предотвратить высадку вражеских сил на планете, а сделать невозможным установление полного над ней контроля. Многие из замков Брайана были построены в горах, под землёй и даже в глубинах морей. Большинство имели туннели, расходящиеся от центрального комплекса, и таким образом удары по врагу могли наноситься с разных направлений. Расходы на строительство были невообразимыми, но никто не ставил под сомнение решение директора Брайана. События во Внутренней Сфере наглядно демонстрировали своевременность этих приготовлений.
Вторым важным достижением лорда Брайана было издание Билля о наследовании 2392 года. Билль установил процедуру, согласно которой Верховный совет мог избрать «достойного кандидата на директорство» в случае, если предыдущий директор умер, не назвав имени своего преемника. Несмотря на декларативность, билль, по сути, устанавливал наследственное преемство. Формально в билле оговаривалась возможность избрания кандидата не из семьи Камеронов, но остальные положения делали это практически невозможным.
В 2399 году Брайан Камерон женился на Катерине МакКуистон и официально признал одиннадцатилетнего Ричарда Камерона своим сыном.
ЮДИФЬ КАМЕРОН
В 2403 году лорд Брайан Камерон предпринял поездку на Элбар (Elbar), планету, которую Гегемония незадолго до этого приобрела посредством договора о совместном владении с Федеративными Солнцами. Когда-то эта планета была покрыта лишь бесплодными и негостеприимными пустошами, а Федеративные Солнца почти не прикладывали усилий для того, чтобы провести терраформинг. Когда Гегемония оказала помощь в виде размещения водоочистительной станции, элбариане смогли основать небольшой городок, окружённый фермами и ранчо. Лорд Брайан Камерон провел часть из лучших лет своей жизни на удалённом ранчо на Элбаре, поэтому большую часть своего визита в 2403 году он придавался приятным воспоминаниям, объезжая новые фермы и ранчо.
Совсем незадолго до его прибытия на маленькое скотоводческое ранчо несколько томящихся от скуки молодых людей стали раздразнивать призового быка ранчо. К тому времени, когда прибыл кортеж директор-генерала из машин и скиммеров, животного обуяла дикая ярость. Когда Камерон и его свита проходили мимо, бык проломился сквозь деревянные решетки своего загона с такой силой, будто это были лишь прутья. Прежде, чем охранники директор-генерала сумели среагировать, бык направился прямо к нему, врезался в него с невероятной силой и буквально насадил на рога. Один из охранников застрелил зверя, но было уже слишком поздно.
Когда все столпились вокруг, лорд Брайан, остававшийся в сознании и испытывающий непередаваемую боль, подозвал к себе владельца ранчо. Боясь, что его обвинят в нанесении ран директор-генералу, человек опасливо подошёл. Когда директор-генерал спросил его, был ли этот бык важен для него, владелец ранчо признался, что это был его единственный бык, и что его судьба зависела от него. И, явно ощущая боль, лорд Брайан приказал свите выплатить владельцу ранчо стоимость быка. На их недоумённые вопросы он ответил, что животное не может отвечать за свою природу, и владелец ранчо не может быть наказан за то, что бык выбрал себе столь выдающуюся цель.
Брайан Камерон скончался прежде, чем его смогли доставить в ближайшую больницу.
Слова лорда Брайана запали владельцу ранчо в душу. Он сделал из головы быка чучело, а его рога, вымазанные кровью лорда Брайана, покрыл пластиковой резиной. В качестве извинения он послал эту голову Камеронам на Терру. Семья приняла этот дар, и голова быка была помещена высоко на стену главного бального зала Замка Камеронов, находившегося неподалеку от Глазго, Шотландия.
Леди Юдифь Камерон, младшей сестре Брайана, потребовалось совсем немного времени для того, чтобы известить Верховный совет о том, что она является единственным правомочным кандидатом на пост директор-генерала. Потрясённые таким пылом, проявляемым вскоре после смерти родного брата, верховные советники противились вынесению её кандидатуры на суд общественности.
Леди Юдифь была младшей из троих детей Маргарет Камерон. Из-за того, что Маргарет предполагала, что один из её сыновей продолжит династию Камеронов, Юдифь не получила образования и воспитания для того, чтобы в будущем быть лидером Гегемонии. В ходе своей короткой карьеры в ВСГ она показала удивительное отсутствие присущих Камеронам выдающихся способностей и зачастую глубокое пренебрежение к власти.
Основываясь на её послужном списке, верховные советники решили подыскать другого кандидата. Когда же других, более подходящих кандидатур, не выявилось, они неохотно представили кандидатуру Юдифи в качестве следующего директор-генерала. Общественность доказала свою веру в Юдифь Камерон, утвердив её назначение на должность шестого директор-генерала.
Юдифь удивила многих в правительстве, продолжив начатую её братом политику военного строительства. Она даже потребовала, чтобы Замки Брайана, ряд крепостей, построенных в Гегемонии на планетах, граничащих с Синдикатом Дракона, также строились и на планетах, граничащих с Лигой Свободных Миров и Конфедерацией Капеллы. Эпоха Войн только начиналась, когда Юдифь Камерон получила власть над Терранской Гегемонией. Начавшись со столкновения сил Марика и Ляо за контроль над звёздной системой Андуриена в 2398 году, эта эпоха представляла собой время непрекращающихся войн, когда каждое большое государство сражалось за обладание ключевыми пограничными планетами. Для Терранской Гегемонии, расположенной прямо в эпицентре всех этих войн, это был период изрядной напряжённости. ВСГ могли защитить Гегемонию от любого врага, если он действовал в одиночку, но у них не было ни малейшего шанса выстоять в войне с двумя и более государствами.
По этой причине Юдифь Камерон стремилась увеличить объёмы строительства Замков Брайана на планетах, расположенных вдоль границ с Лигой Свободных Миров и Конфедерацией Капеллана. Она чувствовала, что эти два государства, вместе с постоянно угрожающим Синдикатом Дракона, вероятнее всего, обратят свои алчущие взоры на Гегемонию.
Директор Юдифь не опасалась Дома Марсденов (который впоследствии, после смерти Алистера Марсдена и вступления в 2408 году на престол его жены, станет Домом Штайнеров). Связи между Гегемонией и Содружеством Лиры всегда были тесными, а женитьба её брата на представительнице одной из влиятельных в Содружестве семей МакКуистонов даже ещё более упрочнили эти узы. Отношения были настолько хорошими, что Гегемония и Содружество посредством системы совместного владения добились интенсивного экономического и промышленного роста на приграничных планетах обоих государств.
Отношения с Федеративными Солнцами также были неплохими – был заключён ряд подобных соглашений о совместном владении несколькими планетами, самым недавним из которых стал договор по Карфагену. В настоящий момент власть в Федеративных Солнцах перешла в руки тиранов Этьена, Эдварда и Эдмунда Дэвионов, чьи некомпетентность и жестокость предвещали немало бедствий этому государству. Юдифь, которая хотела сохранить мирные отношения с Федеративными Солнцами, успокаивала себя мыслями о том, что если вдруг Федеративные Солнца нападут на Гегемонию, то это будет короткая война, ибо народ Федеративных Солнц уже явственно проявлял признаки готовящегося восстания против тирании.
ВСГ во время Эпохи Войн также хорошо понюхали пороху. Синдикат Дракона, Лига Свободных Миров и Конфедерация Капеллы постоянно проверяли на прочность оборону Гегемонии путем «случайных» рейдов и «непреднамеренных» атак, но до 2407 года ВСГ не принимали участия в крупных столкновениях. В этот год Синдикат Дракона предпринял полномасштабное наступление на Содружество Лиры. Хотя силы Синдиката Дракона подступили вплотную к столице Содружества Арктуру, направление наступления неожиданно изменилось, и атакующие стали прокладывать себе дорогу сквозь территорию Свободного Скаи.
Когда замыслы Синдиката Дракона прояснились, Алистер Марсден, архонт Содружества Лиры, попросил леди Юдифь о помощи, но она отказалась посылать свои войска для участия в предпринятом Содружеством Лиры наступлении против Синдиката Дракона. Вместо этого она согласилась выслать войска на планеты, совместно управляемые Гегемонией и Содружеством, взяв на себя обеспечение полной защиты этих планет. Её решение, которое подразумевало отправку дюжины дивизий на такие планеты, как Голубой Алмаз (Blue Diamond), Лионс (Lyons) и Нусакан (Nukasan), освободило подразделения Содружества для использования в операциях против Синдиката Дракона.
Вооружённые силы Гегемонии за всё это время лишь один раз встретились с Объединённым воинством Синдиката Дракона в крупном сражении. В 2408 году 3-я Ударная бронетанковая дивизия столкнулась с примерно таким же количеством куритянских полков на планете Лионс. В этом сражении Гегемония использовала свои военные корабли, превосходящие куритянские военные корабли, в координированной сухопутно-космической оборонительной операции и добилась крупной победы. Однако эта победа обошлась очень недешёво.
На противоположной стороне Гегемонии ВСГ отбросили силы Конфедерации Капеллы, которые в 2409 году предприняли попытку завладеть планетой Терра Фирма (Terra Firma). В той битве наземные силы Гегемонии, ведомые прославленной танковой дивизией «Чёрный скакун», удерживали свои позиции против превосходящих по численности сил Конфедерации Капеллы даже несмотря на наличие у противника военно-космической поддержки. «Чёрный скакун» продержался на планете два месяца, прежде чем был вынужден отступить. Однако вскоре после этого крупный экспедиционный корпус Гегемонии, укомплектованный также и военными кораблями, высадился на планете для того, чтобы отбить её обратно. В конце концов Алейша Ляо, канцлер Конфедерации Капеллы, предложила выплатить репарации за вторжение, но горечь и ожесточённость этого дорого обошедшегося конфликта породили глубокое отчуждение между двумя правительствами.
Цитата
СОВМЕСТНОЕ ВЛАДЕНИЕ ПЛАНЕТАМИ
К концу 24-го века Камероны осознали, что ограниченное количество планет Гегемонии может в конечном счёте привести к нехватке сырья, остановке промышленности и коллапсу экономики. Однако возможность войны за обладание новыми ресурсами практически сразу была исключена. Окруженная такими планетами, Гегемония не была достаточно сильна, чтобы начать завоевание. Нельзя было и просто заключить соглашение с одним из соседних государств, потому что каждый такой договор требовал бы от Гегемонии поделиться своей превосходящей технологией. Камероны искали другой способ помимо войны, чтобы и сохранить ведущее технологическое положение Гегемонии, и получить новые сырьевые ресурсы.
Выход нашел Дэвид Окрасса, молодой планетарный инженер, назначенный на этот пост директор-генералом Маргарет Камерон для изучения этого вопроса. Он предложил Гегемонии достичь соглашения с соседними Домами о заселении ранее незаселённых планет.
Взамен Гегемония получает право распоряжаться половиной сырьевых ресурсов планеты и иметь такое же представительство в планетарном правительстве. Несмотря на то, что это соглашение могло привести к раскрытию некоторых из самых охраняемых технологий, прибыль от него превышала потери.
Когда лидеры Гегемонии предложили это совместное предприятие Содружеству Лиры и Федеративным Солнцам, то они с радостью согласились. К началу 25-го столетия Гегемония провела терраформинг 20 весьма полезных планет. С улучшением отношений между государствами, Синдикат Дракона, Лига Свободных Миров и Конфедерация Капеллы в конце концов заключили такие же соглашения с Гегемонией. К следующему столетию Гегемония была совладельцем более 100 планет во Внутренней Сфере.
Из «Управления ресурсами и их разработки в Терранской Гегемонии» прецентора Николая Ферхила, издательство «КомСтар», 2899 год
Из интервью с членом межзвёздного экспедиционного корпуса относительно геноцида в системе Тинтавела, ноябрь 2412 года
Новости о невероятной бойне, которая произошла на планете Тинтавел (Tintavel), разошлись подобно цунами по всей Внутренней Сфере. Даже те, кто был непосредственно ответственен за эту резню, вскоре выразили свое сожаление и раскаялись в случившемся. Несмотря на это, каждый понимал, что зверства, подобные резне на Тинтавеле, могут стать обычным явлением. Несмотря на то, что сражения, подобные этому, происходили в это же самое время на бессчётном количестве планет, именно эта битва стала знаменательной.
Отвращение к случившемуся, которое испытала канцлер Алейша Ляо, лидер Конфедерации Каппелы, буквально изменило её. и из очередного бесцеремонного правителя она превратилась в человека, внёсшим неоценимый вклад в предотвращение будущих зверств. Разумеется, Алейша также в первую очередь заботилась и об интересах своего собственного государства. В это время Конфедерация Каппелы располагала лишь незначительной промышленной базой, что служило ещё одним хорошим поводом для нахождения способа защиты ресурсов, промышленности и квалифицированного персонала государства от опустошительных последствий войн.
После месяцев размышлений и совещаний с лучшими умами своего государства, канцлер Алейша составила 80-страничный документ, описывающий условия для «цивилизованного ведения войны». План приветствовал ведение войны, более полагаясь на манёвр, нежели на использование грубой силы, проведение сражений в наименее обитаемых местностях и вдали от населённых пунктов. Эти условия также делали ведение военных действий менее дорогостоящими, что было выгодно каждой из сторон, ведь во всех государствах система снабжения начала давать сбои.
Канцлер Алейша направила копии своей работы лидерам всех воюющих государств, но ожидала получить лишь равнодушное к ней отношение. Но вместо этого большинство правителей немедленно выразило свое полное согласие с этим документом. Лишь два деспота из Федеративных Солнц ,близнецы Эдмунд и Эдвард Дэвионы, высмеяли её предложение. Канцлер Алейша была настолько воодушевлена, что немедленно предложила созвать встречу на капелланской планете Арес (Ares) для дальнейшего обсуждения и официального подписания Аресской конвенции.
[
ПРИМЕЧАНИЕ РЕДАКТОРА: Многие книги называют местом подписания Аресской конвенции планету Новая Олимпия (New Olympis). Это неверно. Аресская конвенция была подписана в Великом зале города Новая Олимпия на планете Арес. Планета Новая Олимпия расположена в Лиге Свободных Миров, а не в Конфедерации Капеллы.]
Многие лидеры отказались от этого предложения. Несмотря на то, что все желали обсудить идеи Алейши, немногие готовы были отважиться на путешествие так далеко вглубь враждебного государства без соответствующей охраны.
Столкнувшись с угрозой крушения своих начинаний, канцлер Алейша обратилась за помощью к директор-генералу Юдифи Камерон. Она просила правителя Гегемонии предоставить военно-космический эскорт и войска для обеспечения безопасности прибывающих высокопоставленных гостей. Канцлер считала, что стража из Гегемонии, колыбели человечества, будет прекрасным символом для работы созываемой встречи.
Мнение населения Гегемонии разделилось. Многие были до сих пор глубоко возмущены попыткой капелланцев прибрать к рукам планету Гегемонии Терра Фирма и не желали иметь никаких дел с канцлером Алейшой. Директор Юдифь ответила согласием на просьбу канцлера Алейши, рассчитывая, однако, на то, что предложения Алейши по ведению войн пойдут на пользу Гегемонии и что предоставление эскорта и стражи для глав государств повысит престиж Гегемонии. Таким образом, десять отдельных флотилий военных кораблей Гегемонии, по такому случаю в срочном порядке вычищенных и покрашенных в белый цвет, были направлены для транспортировки лидеров великих государств на Арес. Защиту глав государств осуществляли члены корпуса морской пехоты Гегемонии.
В ходе встречи на Аресе лидеры шести государств Внутренней Сферы на переговорах стали выделять себя больше других, сводя на нет все усилия прийти к единогласному решению. Из-за того, что именно шесть этих государств сражались больше всего и больше всех пострадали от войн, они считали, что должны добиться больше остальных на переговорах. К сожалению, среди них не было согласия. Канцлер Алейша Ляо имела поддержку директор-генерала Юдифи Камерон и архонта Катерины Штайнер из Содружества Лиры. С другой стороны выступали координатор Синдиката Дракона Роберт Курита и генерал-капитан Лиги Свободных Миров Питер Марик, которые считали, что аресские правила могут «превратить боевые действия в павану, более подходящую для балерин, нежели для солдат». Симон Дэвион, представляющий Федеративные Солнца от имени своего кузена Эдмунда, пока не определился.
Все были удивлены, когда планеты Периферии также выступили против Аресских конвенций, назвав их грязным трюком Внутренней Сферы, направленным на то, чтобы заставить их гордые народы сложить свое оружие. Несмотря на тот факт, что технически Аресские конвенции не нуждались в одобрении большинства, канцлер Алейша осознавала то, что если один из лидеров великих государств откажется их подписывать, то остальные поступят так же.
Как Симон Дэвион, так и Юдифь Камерон во время дебатов в основном хранили молчание, ограничиваясь только редкими комментариями. Теперь всё своё внимание канцлер Конфедерации сосредоточила на них. Доказательством её дипломатического мастерства может служить то, что она добилась поддержки Симона Дэвиона уже после того, как он неофициально уже решил голосовать против конвенций. С объявлением о поддержке Федеративных Солнц, Синдикат Дракона и Лига Свободных Миров также согласились подписать новые правила ведения войн. Они осознавали, что если они этого не сделают, то три государства Внутренней Сферы могут объединиться против них.
Только два государства Периферии согласились подписать соглашения. Для остальных двух Эпоха Войн продолжала идти своим чередом. 13 июня 2413 года лидеры восьми государств-участников конвенций появились на балконе Великого зала перед толпой ликующих граждан. Никто не был доволен больше, нежели Алейша Ляо, которой удалось совершить то, что остальные считали невозможным.
Хотя Аресские конвенции были провозглашены как мирный договор, они лишь облачили войну в правовые рамки. Прошло совсем немного времени, и каждое государство начало проводить даже ещё больше военных компаний, чем до этого, твердо придерживаясь буквы конвенций, но полностью утратив их дух.
РИЧАРД КАМЕРОН
Ричард Камерон, незаконнорожденный сын лорда Брайана и леди Катерины МакКуистон, пришёл к власти в Гегемонии в 2419 году, когда Юдифь Камерон отошла от дел. Ко времени отставки своей тёти Ричард был командиром эсминца Беатриче/Beatrice класса Лола III/Lola III. Утверждение его кандидатуры Верховным советом и избрание народом Гегемонии прошли без каких-либо проблем.
Ричард Камерон более всего известен своим захватом в 2431 году системы Кентареса, ранее принадлежавшей Федеративным Солнцам. За 20 лет до этого отношения между двумя государствами стали ухудшаться, когда Гегемония обвинила Федеративные Солнца в том, что они нарушили соглашение о совместном владении планетой Картаго. В ответ на это жители планеты, большей частью лояльные Федеративным Солнцам, заявили, что кислородопроизводящие фабрики вместо того, чтобы насыщать воздух кислородом, в качестве ответной меры на недавно введённые правительством планеты экономические санкции удаляют его оттуда. Столкновения между фракциями, поддерживающими разные стороны, привели к человеческим жертвам, и Гегемония использовала этот инцидент для того, чтобы установить полный контроль над планетой. Месяц спустя Федеративные Солнца предприняли попытку отбить Картаго, но ВСГ оказались для них слишком сильны. После этого Дом Дэвионов предпринял ещё несколько политических и военных попыток вернуть себе планету, и напряжённость между двумя государствами нарастала с каждым таким действием.
Ричард Камерон рассматривал Кентарес в качестве идеального плацдарма для нанесения стремительного удара по Федеративным Солнцам и поэтому решил захватить эту планету. Несмотря на то, что это противоречило мнению его советников, в начале 2431 года он приказал ВСГ захватить эту планету. Длившееся полгода сражение характеризовалось множеством ложных атак и постоянным маневрированием, типичными для ведения войны, соответствующей условиям Аресских конвенций. Хотя ВСГ и имели меньший боевой опыт, нежели силы Федеративных Солнц, они доказали свое мастерство в этом практически бескровном поединке и окончательно выбили дэвионовские войска с Кентареса.
После того, как эта победа принесла директор-генералу большую популярность, он решил воспользоваться сложившейся ситуацией и пересмотреть законы от 2432 года, касающиеся утверждения кандидата в директор-генералы. Теперь закон предоставлял право директор-генералу выбирать своего преемника, не консультируясь с кем бы то ни было. Это ещё больше ослабило ограниченную демократию, учрежденную Джеймсом МакКенной, и склонило Гегемонию к конституционной монархии. Несмотря на то, что остальные государства уже давно приняли идею о правящей знати, оппозиция этому в Гегемонии ещё оставалась.
ЯКОВ КАМЕРОН
После того, как его отец скончался от обширного инфаркта во время посещения ИСМГ, расположенного глубоко в недрах канадских Скалистых гор на Терре, Яков Камерон стал восьмым директор-генералом. Так же, как и Джеймс до него, Яков был капитаном военно-космического флота, командиром корвета «Коронованный лев» класса «Винсент».
Страстно любящий отец Якова ещё ребенком избаловал его, в то время как мать, чванливая герцогиня Нортвинда, учила его, что он выше остальных как морально, так и по социальному положению. Яков вырос высокопарным, заносчивым человеком, который отвращал от себя всех, кроме наиболее услужливых подхалимов.
Исключительно Якову принадлежал приказ о начале проведения кампании ВСГ одновременно против Федеративных Солнц и Конфедерации Каппелы, кульминационной точкой в которой стала битва за Тибальт в 2435 году. В этом сражении отличился майор Теодор Камерон, принявший командование 132-м тяжёлым бронетанковым полком после того, как его командир был смертельно ранен. Несмотря на то, что он привёл своё подразделение к победе, наступление ВСГ в лучшем случае увенчалось лишь незначительным успехом, за который пришлось заплатить огромным количеством жизней солдат Гегемонии.
Эта кампания не снискала популярности лорду Якову среди его народа, который он день ото дня публично упрекал в предполагаемой лени. За это время возникло несколько антиправительственных движений, созданных для борьбы с Яковом и его возросшей армией прихлебателей. Некоторые из этих подпольных движений были не более чем сборищами недовольных юнцов, способных лишь на ночные беспорядки, другие были объединениями знати и политиков, намеревавшихся отстранить Якова от власти.
В феврале 2448 года неизвестный наёмный убийца добавил яд в шампанское лорда Якова. Несмотря на то, что он смертельно заболел, Яков принял меньше яда, чем было необходимо для смерти. Опасаясь огласки, директор приказал скрыть всю информацию о совершённом покушении. Тем временем агенты Центрального разведывательного департамента Гегемонии предприняли самое масштабное расследование за всю историю государства. Руководство следствием осуществляла молодая и амбициозная член Верховного совета леди Теренс Амарис.
После покушения на свою жизнь лорд Яков, казалось, стал менее резким и агрессивным. Он даже смог смягчить отношение к себе низших слоёв общества при помощи благотворительности, например, созданием Камероновских госпиталей милосердия и Камероновских приютов для бедных.
Несмотря на то, что он не был выдающейся личностью, о директоре Якове с теплотой вспоминают в ВСГ за его решающий вклад в появление бэтлмеха. Хотя исследования проводились уже десятилетия, именно директор Яков осознал, что мехи могут стать основным средством ведения войны. После первого успешного боевого испытания прототипа в феврале 2439 года он уверился в том, что производство бэтлмехов станет для правительства первостепенной задачей. В течение нескольких лет он тратил значительную часть бюджета государства на строительство заводов бэтлмехов по всей Гегемонии и на планетах, находящихся в совместном владении.
В 2443 году на Стиксе копьё бэтлмехов из 801-го бронетанкового полка столкнулось с целой ротой куритянских танков. Лорд Курита, стремясь воспользоваться любой слабостью в оборонительных порядках Гегемонии, выслал тяжеловооружённые войска для «проверки смелости Гегемонии». Четыре меха с лёгкостью растоптали целую роту танков, позволив лишь одному спешно удрать к своему шаттлу. Прошло совсем немного времени, как лорд Курита узнал об этом устрашающем новом оружии из арсенала Гегемонии.
В 2461 году синдикатовские коммандос сумели выкрасть чертежи бэтлмеха у лиранцев, которые, в свою очередь, были украдены у Гегемонии в 2455 году. В ответ на это лорд Яков ускорил реализацию планов по сохранению и расширению своего превосходства в сфере военных технологий. Для того, чтобы добиться этого, Гегемония пожертвовала реализацией своих остальных программ, в том числе касающихся военного флота. Эти боевые корабли, некогда бывшие гордостью военных сил Гегемонии, провели целый год без текущего технического обслуживания.
УПАДОК КАМЕРОНОВ
Когда в 2461 году лорд Яков Камерон скончался от инсульта, он оставил после себя режим, располагавший сильнейшими военными силами во Внутренней Сфере. Во многом это стало возможным благодаря новейшему оружию в арсенале Гегемонии – устрашающему бэтлмеху. Однако Яков созданием своих войск мехов едва не довёл экономику Гегемонии до коллапса, поскольку многие промышленные центры перестали обслуживать невоенные отрасли экономики. В результате всего этого население столкнулось с дефицитом даже самых необходимых товаров – такого положения не было ещё со времён старого Альянса. Ко времени смерти Якова ряд дополнительных негативных факторов – таких, как инфляция и продлённый рабочий день – усугубили гнев народа по отношению к правительству.
В качестве преемника Яков выбрал Теодора, своего сына. Из-за его боевого опыта офицера ВСГ взбудораженное население выбрало в качестве девятого директор-генерала, надеясь, что новый правитель проявит себя более внимательным к потребностям народа. Однако более 25% проголосовавшего населения выразили свое недоверие Камеронам, проголосовав против Теодора.
Теодор оказался нерешительным правителем. В некоторых делах – таких, как принятие закона, изменяющего налогообложение, или продолжение наращивания мощи ВСГ, – он вёл себя очень жёстко, но во всех остальных делах, не терпящих отлагательства, он колебался и показал себя болтуном.
Лорд Теодор также имел вкус к экстравагантности и роскошной жизни. Он возродил древние обычаи, такие как пышные балы, лошадиные скачки, шикарные банкеты и богато украшенные наряды. Хотя это никогда не было подтверждено, говорили, что неистовые празднества, устраиваемые Теодором, могли поспорить с самыми знаменитыми пьянками из легенд и мифов.
Больше всего народ возмущала открытая трата Теодором средств из бюджета Гегемонии на строительство и реконструкцию дворцов. Он потратил миллиарды долларов на обновление дворца Людовика XIV в Версале для собственного использования. Он также построил Замок Колумбии, Чикагские Дворцы и ещё более 20 дворцов на Терре и прилегающих к ней планетах Гегемонии.
К июлю 2470 года общественность сочла, что терпела достаточно для проведения первой в истории Гегемонии всеобщей забастовки. Всё началось в маленьком терранском городке Сан-Антонио на континенте Северная Америка, где лорд Теодор разрушил местную достопримечательность ради строительства для себя «маленького техасского ранчо».
Разъярённые жители Сан-Антонио на следующий полностью прекратили работу и вышли на улицы. Прошло совсем мало времени, как демонстрации переросли в беспорядки. В течение нескольких часов аналогичные забастовки и демонстрации прокатились по соседним городам. На следующий день целый континент остановил работу. К концу третьего дня вся Терра была охвачена стачкой, в то время как её жители на дюжинах языках скандировали лозунг: «Помни Аламо!»
Осознавая, что это может вылиться в полномасштабные выступления против правительства, верховные советники – возможно, при приватной встрече, – убедили Теодора принести свои извинения народу Терры и пообещать восстановить Аламо. За шесть дней ситуация нормализовалась. Хотя Теодор полностью не изменился, инцидент с Аламо сделал его более благоразумным.
Также во время правления лорда Теодора стали портиться отношения между Терранской Гегемонией и Лигой Свободных Миров. Семья Мариков, особенно Карлос Марик, полагали, что укрепление армии Гегемонии – это лишь подготовка ко вторжению в их страну. Это подвигло Лигу Свободных Миров начать увеличение собственных вооружённых сил, сконцентрировавшись на строительстве большого и современного флота боевых кораблей.
Лорд Теодор понимал, что под должным руководством новые боевые корабли Лиги Свободных Миров могут представлять серьёзную опасность для находящихся возле их общей границы планет Гегемонии. Собственноручно приняв командование над линейный крейсером Гегемонии «Киев», лорд Теодор возглавил полномасштабное космическое наступление на флот Лиги Свободных Миров, находившегося в звёздной системе Ориенте. В крупнейшем из когда-либо происходивших до этого космических сражений было уничтожено более 20 крупных боевых кораблей Свободных Миров, в то время как Гегемония потеряла только два.
Это вызвало политический кризис в Лиге Свободных Миров, и в результате бескровного переворота на место безумного Карлоса пришёл его младший брат Брион Марик. В 2478 году Теодор Камерон предложил новому генерал-капитану заключить мирный договор, который был подписан в том же году.
В 2479 году динамичный образ жизни Теодора свёл его в могилу, когда он скончался от пневмонии после трёхдневного праздника во время дождливого сезона Торинских муссонов. Его наследником и десятым директор-генералом – даже несмотря на то, что уровень её поддержки среди населения был меньше необходимого – стала его дочь Елизавета Камерон.
Хотя Елизавета была ещё одним любителем роскоши, она не была столь же необузданна, как её отец. Она не выказала большой озабоченности судьбой как армии, так и экономики, и только вмешательство её верховных советников спасло Терранскую Гегемонии от полного краха.
Во времена Елизаветы ВСГ участвовала всего лишь в нескольких сражениях. В то же время ВСГ продолжали совершенствовать своё вооружение, включая облегчённые структуры бэтлмехов, улучшение компьютерных систем и аэрокосмических истребителей.
Ко времени кончины Елизаветы от местной оспы на Новой Земле в 2501 году Гегемония была политически нестабильна, а на повестке дня стояла идея низложения правительства.
ДЕБОРА КАМЕРОН
И не Мир при помощи Силы, но Сила при помощи Мира – вот что станет нашим девизом.
Из обращения директор-генерала Деборы Камерон к собранию знати и политических лидеров. Апрель 2509 года.
Леди Дебора Камерон, дочь Елизаветы Камерон и Александра Раймса, едва смогла стать одиннадцатым директор-генералом. Из-за того, что народ был сильно недоволен правлением Елизаветы и Теодора Камеронов, в день голосования целых 46% населения проголосовало против Деборы. Несмотря на свою незаконность, на многих планетах были распространены партии, имевшие ярко выраженную антикамероновскую и антигегемонийскую окраску. Вожди этих партий ухитрились занять многие важные общественные посты, что привело к усилению трений с более традиционно настроенными чиновниками. Многие дворяне чувствовали себя очень уязвимыми со стороны таких антигегемонийских настроений, но леди Камерон просто позволила этой политической буре лишь окружить себя. Она не предпринимала никаких действий даже против самых ярых противников Камеронов.
Леди Камерон смогла в полной мере получить пост директор-генерала только после того, как бόльшая часть шумихи первых дней улеглась. В дальнейшем она умиротворила государство, немедленно продемонстрировав то, что она не будет ещё одним расточительным, неэффективным правителем, как её мать. Народ встретил ряд мер, направленных на возмещение ущерба, вызванных расточительством её предшественников, со сдержанным одобрением.
Новый директор-генерал всегда училась с такой серьёзностью и прозорливостью, что её скоро стали сравнивать с Майклом Камероном. После долгих лет учёбы в таких престижных университетах, как Оксфорд, Университет Вашингтона, Олимпийский колледж, она получила степень профессора межзвёздной политики и истории дипломатии в Военной академии Марса в 2499 году.
Со своим знанием истории леди Дебора понимала, что Эпоха войн серьёзно ослабила другие государства Внутренней Сферы. Как директор-генерал, она считала, что Гегемонии будет разумнее использовать превосходящую военную мощь только в оборонительных целях. Поэтому она намеривалась укрепить стабильность Гегемонии и обеспечить её процветание при помощи таких мирных способов, как торговля и межзвёздная политика.
Терранская Гегемония постепенно брала на себя роль посредника ещё даже до правления Деборы. Семь раз до её вступления в должность другие государства обращались к Терре для разрешения своих споров. Несмотря на то, что стороны не всегда следовали рекомендациям Гегемонии, никто ещё не обвинил терранцев в покровительстве той или иной стороне.
Леди Дебора надеялась расширить эту роль посредника. В 2502 году она подготовила ряд выступлений и документов, обрисовывающие контуры того, что она назвала своей «Стратегией агрессивного миротворчества». Эта стратегия провозглашала политику, в которой основную роль будут играть разведка и дипломатия и которая будет содействовать благополучию других государств. Вместо ожидания обращений других государств к Гегемонии для разрешения своих споров, леди Дебора стала предлагать посреднические услуги остальным Домам, прося за это лишь номинальное вознаграждение и возможность беспрепятственно путешествовать между враждующими государствами.
Этот акцент на разведке и дипломатии означал полную перестройку и значительное расширение Центрального разведывательного бюро (ЦРБГ) и министерства по международным отношениям (ММО) Гегемонии. До этого ЦРБГ концентрировало свои усилия на охране технологий и их защите от попадания в руки других государств. Теперь, согласно стратегии агрессивного миротворчества, агентство было ответственно за сбор всей доступной информации, касающейся каждого иностранного государства. Несмотря на свою идеалистичность, леди Дебора была достаточно реалистична для того, чтобы понимать ценность секретной информации при попытке разрешить спор, и она ожидала, что ЦРБГ будет «глубоко копаться в чужом грязном белье».
Согласно новой дипломатической доктрине, у ММО и ЦРБГ появилось большое количество работы. Хотя Аресские соглашения привели к сохранению жизней и имущества, эти новые правила ведения войны также облегчали воюющим сторонам приход к ситуации неопределённой ничьи. Споры о том, кто же приобрёл или потерял планету, были зачастую более жаркими, нежели реально происходившие боевые действия. В результате десятки планет приобрели неопределённый статус из-за того, что два государства объявляли их своей собственностью. Ни одна из сторон не позволяла осуществление какой-либо деятельности – даже сельскохозяйственной, – пока не были разрешены все вопросы, что не могло не подвергать опасности местное население. Благодаря дипломатической стратегии леди Деборы для населения спорных планет появление корабля Гегемонии стало долгожданным событием.
Политика агрессивного миротворчества леди Деборы не обошлась без нескольких примечательных провалов, но множество успехов их перевешивали. Как только распространились известия о перемирии на Альракисе между Содружеством Лиры и Синдикатом Дракона и о Фактском мирном договоре в 2538 году, это побудило другие государства искать посредничества Гегемонии. В 2540 году леди Дебора и её окружение признали, что стратегия агрессивного миротворчества имела оглушительный успех.
Для Терранской Гегемонии выгода была двойной. Во-первых, каждый разрешённый спор между соседними государствами понижал вероятность того, что Гегемония будет вовлечена в войну. Во-вторых, директор Дебора, доказав достоинство и ценность своих дипломатов, скоро имела крепкие политические связи с другими государствами. Это, как и надеялась директор, добавило Терре некоторое влияние на своих соседей в Синдикате Дракона и Федеративных Солнцах, которые в прошлом были настроены агрессивно по отношению к Гегемонии.
Основная часть общества была удовлетворена. Хотя Гегемонии удавалось оставаться в стороне от крупных войн, опасность их начала сохранялась на протяжении всего этого периода. Население пограничных планет почувствовало снижение сильной напряжённости при помощи политических средств, которые уменьшили угрозу начала войны.
Военные же относились к политике директора Деборы неодобрительно. Меньшинство в ВСГ опасалось, что её политика уменьшит или сведёт на нет значение вооружённых сил. И хотя многие офицеры и солдаты ВСГ были лояльны, большинство амбициозных офицеров задавались вопросом – к чему приведёт их уже незначительная роль в политике Гегемонии. Хотя они сдерживали негодование из-за падения своей значимости при правлении Деборы, семена недовольства были посеяны и прижились, чтобы в один день принести свои плоды.
КРИЗИС В ГЕГЕМОНИИ
Когда в 2542 году, после 41 года, проведённого в должности директор-генерала, леди Дебора Камерон подала в отставку, то в качестве преемника она выбрала своего сына Иосифа. Хотя он был и не самым выдающимся из трёх детей леди Деборы, лорд Иосиф был старшим и наиболее сведущим в науке правления. Он закончил свою военную карьеру в звании боевого офицера корпуса морской пехоты, потеряв правый глаз во время несчастного случая на тренировке. Вынужденный перейти на канцелярскую работу в отделе международных отношений, он зарекомендовал себя как умелый дипломат. Ко времени отставки своей матери лорд Иосиф был послом Гегемонии в Содружестве Лиры.
Вступая на пост директор-генерала, 35-летний Иосиф Камерон пообещал продолжить политику своей матери по финансированию дипломатических усилий за счёт финансирования армии. И на самом деле – взлелеянные правительством дипломаты показали себя достойнее, нежели военные. С этим заявлением о поддержке ненавидимого ими агрессивного миротворчества негодование, еле сдерживаемое в ВСГ, достигло своего апогея. Среди различных родов войск стали формироваться тайные военные сообщества, или клики. Эти группы поклялись заставить нового директор-генерала подтвердить превосходство военных над дипломатами.
Некоторые заявляли, что ЦРБГ не смогло предупредить директора об этом усиливающимся движении из-за того, что само Разведывательное бюро было в сговоре с этими кликами. Это кажется маловероятным, поскольку ЦРБГ не было недовольно тем, чем были недовольны военные. На самом деле агентство чаще сталкивалось с огромными объёмами работы, нежели с её отсутствием. Другое возможное объяснение просчёта ЦРБГ – его глубокая озабоченность попытками проникновения в «Маскировку» Конфедерации Капеллы, которая провалила всех агентов ЦРБГ двадцатью годами ранее.
Какова бы ни была причина провала ЦРБГ, оно не смогло обнаружить растущее влияние капитана морской пехоты Генри Грина, противившегося лорду Иосифу и его политике. Проведя несколько месяцев в клике, Грин разочаровался в осторожности этой группы. Он порвал с ней, поклявшись начать отрыто действовать.
Несмотря на то, что капитан Грин был едва ли больше, чем клерком в униформе, он ещё помнил, как обращаться с лазерной винтовкой. В ночь на 19 сентября он забрался на дерево рядом с дворцом директор-генерала на Терре и стал терпеливо дожидаться удобного случая. За 27 часов, пока он находился там, он наблюдал восход и заход солнца. Когда он уже стал сомневаться в том, что судьба ему улыбнётся, в воротах дворца появился кортеж лимузинов. Когда они остановились перед богато украшенными дворцовыми воротами, вышел лорд Иосиф.
Первый выстрел капитана Грина был мимо, но вторым он поразил директор-генерала, прежде чем тот успел нырнуть в свою машину. Ирония заключается в том, что перед этим он снял специально обработанное пальто, которое защищало его от огня из любого оружия. Шесть дней спустя, 26 сентября 2549 года, двенадцатый директор-генерал Терранской Гегемонии скончался.
СЕНТЯБРЬСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ
Если мне придётся вас пнуть, то я вас пну так, как вам никогда и не снилось.
Предупреждение лорда Яна подразделениям, участвующим в Сентябрьской революции, цитата из: «Династия Камеронов. Выпуск X», составленного герцогом Брайаном Деккерни, 2899 г.
На весть об убийстве Иосифа Камерона люди отреагировали по-разному. Основная часть населения была охвачена скорбью, в то время как правители остальных государств выразили свои соболезнования Гегемонии и надежду на то, что смерть лорда Иосифа не повлияет на дипломатические отношения Терры. Ошарашенное и оплёванное ЦРБГ чувствовало свою ответственность за смерть лорда Иосифа и провело решительную кампанию по поиску и наказанию нелояльных военных.
Армия была взбудоражена убийством. Ни одна из клик не предполагала, что один из её членов сможет прибегнуть к такой мере. Из-за постоянной очень низкой поддержки ВСГ среди населения члены клик попытались ещё глубже уйти в подполье. Это не воспрепятствовало ЦРБГ раскрыть две из крупнейших клик через неделю после убийства.
Пока всё это происходило, Ян Камерон, младший брат Иосифа, сразу же, 28 сентября 2549 года, объявил себя тринадцатым директор-генералом, даже не дожидаясь ради приличий положительных результатов народного голосования. Хотя некоторые демократы сокрушались о том, что Гегемония окончательно стала монархией, большинство понимало, что серьёзность недавних событий, возможно, оправдывает действия лорда Яна.
Недовольные солдаты ВСГ использовали это политическую неразбериху в качестве предлога для осуществления отчаянного плана по установлению контроля над правительством. В ночь на 29 сентября части 55-го Драгунского полка – «Зелёные дьяволы» – установили контроль над терранским Конгрессом, Дворцом директор-генерала и ключевыми правительственными зданиями в Женеве, столичном городе Терры, и её окрестностях.
Несмотря на то, что члены этих подразделений, все преданные различным кликам, составляли лишь небольшую часть ВСГ, они контролировали нервный центр правительства. Во время восстания новый директор находился в своей частной резиденции в городе Мехико. Когда известия о бунте достигли его, то он приказал полку своей Дворцовой стражи блокировать столицу, по возможности с минимальным применением силы.
Лорд Ян потребовал, чтобы все в армии принесли клятву верности семье Камеронов и Гегемонии. В течение недели он приказал всем верным ему войскам установить контроль над максимально возможной территорией Женевы. Он отрезал мятежных солдат от электричества, воды, продовольствия, однако сделал так, чтобы требования восставших стали известны общественности. Он счёл, что будет лучше не раздувать любопытство, а возможно даже поддержать их.
Через 10 дней решимость повстанцев была поколеблена, и они стали сражаться друг с другом. Когда лоялистские силы выдвинулись для защиты некоторых из множества горожан, удерживаемых в заложниках, разразилось полномасштабное сражение. На бόльшую часть этого дня центральная Женева превратилась в поле боя для мехов. Войска, преданные Гегемонии, старались сдерживать свой огонь, поэтому их редкая стрельба не могла причинить разрушения городу или задеть невинных жителей. Повстанцы, свободные от таких ограничений, получили преимущество из-за нерешительности своих противников. Однако к ночи подавляющее численное превосходство лоялистских сил смяло мятежников. Окружённый и без единой надежды на победу батальон повстанцев сложил оружие.
Цитата
НЕЖЕЛАТЕЛЬНОЕ ПУТЕШЕСТВИЕ
Я всегда верил в мистику и романтику военной службы. Мой отец был офицером на корабле, а мать – сержантом морской пехоты, поэтому вы можете сказать, что военная жилка в большей или меньшей степени была во мне с рождения.
Когда я стал достаточно взрослым, то я выбрал армию и провёл большую часть своей жизни, следуя указаниям других людей. И я в этом преуспел. Я был отмечен в 2540 году за то, как управлял своим мехом во время Кафского инцидента. Я был абсолютно уверен в том, что армия станет моим домом на всю оставшуюся жизнь. Я был одной из этих ворчливых старых калош из клуба отставников, сетовавших с остальными стариками на тупость молодых офицеров и вообще на жестокость судьбы, высушившей наши тела, в то время когда мы о жизни узнали уже всё.
Затем, примерно год спустя, со мной встретились пара офицеров с угрюмыми лицами, рассказав несколько слухов о том, как правительство становиться миролюбивым. Пока я их выслушивал, они сразу стали уговаривать присоединиться к «Королевским защитникам Гегемонии», так они называли свою клику. Я был поклонником плана леди Деборы и лорда Иосифа не больше любого другого солдата. Как я уже говорил, я вырос среди военных и всё, что преуменьшало их значимость, вызывало мой гнев.
В конце концов я отверг их предложение присоединиться к их секретному обществу. Всё из-за того, что вряд ли мои родители окружили бы этих двоих большим почётом. Мой отец мог назвать их «пустобрехами», в то время как мать посоветовала бы держать ухо востро, пока они рядом.
Год спустя я обнаружил себя обливающимся потом, с правой рукой, поддергивающейся от боли и безостановочно кровоточащей на лохмотья, оставшиеся от моей униформы, в то время как мой компьютер скрежетал мне под ухо. Мой мех, «Феникс-ястреб» особой конфигурации, был не в лучшем состоянии, о чём говорил сквозняк, гуляющий по мостику из-за рваной дыры, проделанной лазером в стенке кабины. Когда я закрыл глаза, то обнаружил, что левая нога меха по большей части представляет собой металлолом, а где-то глубоко в его внутренностях, среди пучков миомерных мышц и контрольных кабелей, пожар выходит из-под контроля.
Я всегда мечтал посетить Женеву, впрочем, как и большинство из родившихся на колониальных планетах. Никогда, даже в самых страшных кошмарах, я не мог представить себе, что буду сидеть здесь, в своём потрёпанном мехе, в то время как закат окрашивает в кровавый цвет руины здания Сената и один из мехов предателей, полыхающий поблизости как факел. Я пожалел, что попал в Женеву, и был так рад, когда покинул её и армию навсегда.
Из «Рассказов о Сентябрьской революции», под редакцией Николая Тренни,
издательство «Бронски Букс», 2555 г.
Из обращения лорда Яна Камерона к своим верховным советникам. Цитата из статьи «Политик звёзд» герцога Торренса Ферла, издательство «Белград», 2599 г.
ЧЕЛОВЕК С МЕЧТОЙ
Даже после того, как сдались остатки повстанцев, ещё несколько месяцев лорд Ян уделял внимание сентябрьскому мятежу и его последствиям. Последний оплот заговорщиков, Дрессерская военная база на Липтоне, была подавлена через месяц после повторного взятия Женевы. Повстанцы были изрядной проблемой для директор-генерала и правительства. Если обходиться с ними слишком жёстко, они всем растрезвонят о том, что они мученики; если же обходиться с ними слишком мягко, они снова поднимут восстание.
Из всех 3 тыс. человек, схваченных во время восстания, тысяча была приговорена к смерти. Остальные приговорены к пожизненному заключению, но большинство из них в течении 10 лет были освобождены досрочно. К облегчению лорда Яна, это, казалось, встретило одобрение общественности.
Намереваясь сделать ВСГ сильной и жизненно важной частью Гегемонии, лорд Ян полностью изменил тенденцию урезания бюджета, предоставив военным колоссальные средства для восстановления технологического превосходства ВСГ над своими соседями. Также он втихую уволил генералов и адмиралов, которых он подозревал в симпатии к кликам, заменяя их своими людьми. Чтобы впредь не допустить захвата правительства, лорд Ян расширил ЦРБГ, добавив туда особый отдел военных расследований (ОВС), чтобы убедиться в полной лояльности военных. Это было сложной задачей, но Камерон понимал, что это жизненно важно, если править хотел он, а не военные.
Когда в 2549 году Ян Камерон пришёл к власти, возможно, ещё большей угрозой его правлению была экономическая ситуация в Терранской Гегемонии. К этому времени большинство планет Гегемонии исчерпало свои природные ресурсы, что могло привести к повсеместному застою в области технологических достижений государства. Столкнувшись с задачей быстрого поиска замены истощавшимся ресурсам Гегемонии, Камерон в итоге решил, что Терра и её планеты должны быть полностью независимы от импорта из других Домов Внутренней Сферы. Он верил, что Терра была сердцем освоенного человечеством космоса, и что в области технологического мастерства и в умении вести за собой она всегда должна стоять выше остальных.
Это был здравомыслящий практицизм, так же, как и идеализм, который побуждал лорда Яна начать воплощать мечту, которую он лелеял всегда, сколько он себя помнил, – полное и всеобщее воссоединение человечества. Учитывая это, его мать, леди Дебора Камерон, была инициатором т.н. «стратегии агрессивного примирения». И не было ничего удивительного в том, что его целеустремлённость никогда не ослабевала, даже когда казалось, что всё потеряно. После службы офицером в ВСГ он активно путешествовал по всем межзвёздным государствам как посол, полномочия которого не ограничивались одним государством – сначала от имени матери, затем от имени брата. Он посетил все (кроме одного) государства Внутренней Сферы и за время этого встретился со всеми (кроме двух) правителями. Хотя он и был впечатлён разнообразием людей, дорог и языков, Ян ещё больше утвердился в мысли, что нужно объединяться, – и что именно Терра, колыбель человечества, должна вести всех к этому.
Для начала Камерон заложил основы. Помимо восстановления ВСГ, он ещё больше расширил министерство международных отношений. Также он начал вкладывать средства в несколько исследовательских проектов по улучшению межзвёздной связи – последствия этого шага в будущем будут особо важными.
В недавно найденных на Терре документах было указано, что лорд Камерон разработал долгосрочный план, результатом которого, как он надеялся, будет создание «Звёздной Лиги». Эти документы указывают на то, что по его предположениям на осуществление мечты потребуется 50 лет. Первый предварительный шаг – связать экономическими ресурсами пять Великих Домов Внутренней Сферы, что будет выполнено после десятилетия тщательной осмотрительной и подготовки дипломатов Гегемонии.
Но вмешалась судьба, и лорд Ян получил шанс ускорить свой график на много лет.
РОКОВОЙ АНДУРИЕН
Почему на некоторых картах нет Андуриена? Вы что – не знаете его истории? Андуриен – это место, где началась Эпоха войн! Здесь начались почти 200 лет страдания. Это место не обозначено на карте потому, что недостойно упоминания. Земля проклята падшими душами, вода загрязнена железным вкусом крови. Андуриен? Друг, да это же ад с прыжковыми точками!
Капитан Хелен Редоар, цитируется по «Неофициальной истории Эпохи войн» Николая ван Бёрна, издательство «Таркан», 2549 г.
Эпоха войн началась в 2398 году, когда силы Лиги Свободных Миров и Конфедерации Капеллы столкнулись между собой за контроль над андуриенскими системами, где издавна сталкивались интересы этих двух держав. Хотя Лига Свободных Миров и обрела контроль над этими планетами, капелланцы по-прежнему не признавали этот факт. Тем временем Андуриенский конфликт, казалось, положил начало сражениям и противостояниям между всеми силами Внутренней Сферы как в цепной реакции, которая растянулась на 150 лет. Капелланцы никогда не теряли надежды снова взять в свои руки Андуриен, хотя пройдёт целый век, прежде чем они предпримут ещё одну попытку этого.
В 2528 году канцлер Кальвин Ляо начал 2-ю Андуриенскую войну, послав наземные и военно-космические силы против андуриенских систем. Генерал-капитан Альберт Марик ответил незамедлительно, и ещё одна война истребила целый регион. Опустошительный конфликт продолжался 3 года, завершившись победой мариковских войск над захватчиками-ляоистами даже несмотря на численное преимущество последних. Война окончательно подошла к концу, когда директор-генерал Дебора Камерон в 2531 году убедила обоих правителей посетить совещание глав правительств на Новом Делосе. Эти мирные переговоры подтвердили контроль Марика над Андуриеном, разрешая множество других мариковско-ляоистских споров, и вменяли капелланцам в обязанность возместить тяжёлый ущерб от войны.
Хотя Лига Свободных Миров вышла победителем, Альберт Марик был так глубоко потрясён смертями и разрушениями в ходе 2-й Андуриенской войны, что посветил себя идеалам мира. В этом он был намного впереди Яна Камерона, который был в 2531 году всего лишь 17-летним мальчишкой. Когда судьба, наконец, свела их вместе, они объединят свои мечты о мире и согласии для создания Звёздной Лиги – самого большого эксперимента, который когда-либо знало человечество.
20 лет спустя, в 2551 году, Андуриен снова оказался в центре военных действий, когда Терренс Ляо решил атаковать андуриенские системы, чтобы доказать, что он был сильным правителем-мужчиной – особенно после 20-летнего правления канцлеров-женщин. Когда в этом же году вспыхнула 3-я Андуриенская война, Альберту Марику было 73 года. Несмотря на посвящения себя миру, он с сознанием долга принял возвращение на пост генерал-капитана и выступил вперёд – навстречу врагу. Снова войска Свободных Миров разгромили войска Ляо, но пройдёт ещё 5 долгих лет, прежде чем Терренс признает, что он и его армия были истощены войной.
На дворе был 2551 год – в этом же году вспыхнула 3-я Андуриенская война, – когда Ян начал долгий путь инициатив, переговоров, секретных встреч и договорённостей, что, как он надеялся, несомненно приведёт к реализации его мечты о Звёздной Лиге. В этом году он пытался убедить Терренса Ляо о глупости войны со Свободными Мирами, но капелланский канцлер был поглощён созданием своего имени. Хотя Терренс отклонил мирные инициативы Камерона, Альберту Марику было интересно, что говорил Ян Камерон. В том же 2551 году Камерон вышел на Крэйга Штайнера, архонта Содружества Лиры. Встреча двух мужчин проходила в виде серии сверхсекретных переговоров, но Камерон не смог убедить архонта ввести сильную индустриальную базу Содружества в программу межзвёздного правительства.
Как известно, Камерон разочарован не был. К 2556 году он снова предложил канцлеру Ляо и генерал-капитану Марику встретиться с ним на Терре для проведения переговоров о прекращении Андуриенской войны. К этому времени капелланская бедность, проявившаяся в войне, сделала Терренса Ляо более чем готовым к принятию приглашения.
Долгие недели межгосударственных переговоров предоставили Камерону редкую возможность завоевать уважение и доверие канцлера Ляо и укрепить дальнейшие его отношения с Альбертом Мариком. Альберт, конечно же, был уже посвящен в мечту терранского лидера о правительстве, охватывающем всё космическое пространство, освоенное человеком. Терренс, как известно, сначала колебался. Камерон терпеливо объяснил, что он желает положить конец изнурительной Эпохе войн путём объединения 10 государств Внутренней Сферы и Периферии под одним правительством, с сохранением индивидуальности, стиля и внутренней власти каждого. Хотя Камерон был убедителен, канцлер Ляо не был уверен, что он сможет доверять этой новой Звёздной Лиге не вмешиваться во внутренние дела каждого государства-участника.
Но окончательно завоевало доверие Ляо обещание Камерона предоставить капелланской «привилегированной нации» торговые контракты, финансовую помощь и доступ к некоторым продвинутым технологиям Терры. Именно Альберт Марик нанёс завершающий удар, согласившись уступить Конфедерации Капеллы спорные Андуриенские системы. С этой уступкой Терренс Ляо согласился подписать Соглашение о пожатии рук, секретный субдоговор к Андуриенскому мирному соглашению, который официально положил конец 3-й Андуриенской войне в марте 2556 года.
Этот секретный договор и пакт о ненападении заложил основу для Женевского соглашения, которое установило намерение о создании Звёздной Лиги, участниками-основателями которой являлись Терранская Гегемония, Конфедерация Капеллы и Лига Свободных Миров. Тайно подписанное 3 июня 2556 года, Женевское соглашение истолковывало основные понятия нового межзвёздного правительства. Каждое государство сохраняет контроль над своими внутренними делами, а правители встретятся в Верховном совете для решения важных межзвёздных вопросов. Законными наследными правителями своих государств в Соглашении были названы Терренс Ляо и Альберт Марик (и их наследники).
Как только Звёздная Лига начнёт полноценную жизнь, она объединит экономики всех своих членов в единую структуру, с единой валютой – долларом Звёздной Лиги. Будет ряд региональных экономических обменов для торговли между основными корпорациями. Как и леди Дебора, Ян Камерон верил, что несколько связей прочнее, чем одна экономическая. Хотя каждый правитель Дома, который в конечном итоге присоединился к Лиге, будет заинтересован, чтобы его местная индустрия была поглощена иностранными акционерами, соблазн приобретения чрезвычайно богатых предприятий Гегемонии будет всегда непреодолим.
Звёздная Лига также сформирует объединённые вооружённые силы, частично экипируемых государствами-участниками, но основанных на продвинутых военных технологиях вооружённых сил Гегемонии. ВСГ имеют по крайней мере 30 лет технического превосходства над всеми армиями Внутренней Сферы и 50 лет над планетами Периферии. Имелась ещё бόльшая пропасть в определённых ключевых областях военного снаряжения. Например, мехи других армий Домов не могли эффективно отражать атаки с воздуха, а ВСГ могли, используя систему корректировки противовоздушного огня (СКПО), присоединённую к компьютеру меха. Многие мехвоины Домов готовы были отдать свою душу взамен на СКПО, которую воины Гегемонии любовно называли «Тётушка Антис». Теперь же Ян Камерон готов дать СКПО любому государству, которое присоединится к нему.
Взамен этого он попросил – как казалось – смехотворно мало. Другие государства должны признать лорда Яна и его наследников единственными законными Первыми лордами Звёздной Лиги. Также их попросили предоставлять солдат, оборудование и участки земли для Сил обороны Звёздной Лиги; кроме того, они уплачивают членский взнос деньгами или сырьём.
Этот судьбоносный документ включает в себя заявление, что три стороны, подписавшие договор, «продолжат служить человечеству и миру… с окончательным объединением всего человечества как нашего самого сокровенного желания».
Цитата
ЗНАК ВРЕМЁН
Одной поздней ночью 2553 года моё звено патрулировало южные отроги Брайтонских скал на планете Кассиас. После двух месяцев тяжёлых боёв здесь была кое-какая работёнка на пару недель.
Уже почти рассвело, когда я шагала вдоль меловой скалы, считая минуты, когда я буду уже не на дежурстве. Внезапно я почувствовала, как осела земля под моими ногами. Запуск прыжковых двигателей помог мне спасти себя, но мой мех получил повреждения вокруг кабины, особенно оборудование связи. А это означает, что я не могла позвать на помощь своих товарищей. Осмотревшись с помощью нескольких оставшихся и по-прежнему работавших сенсоров, я увидела, что мех был наполовину погребён в обломках горных пород, и что один крупный булыжник придавил правую ногу позади меня.
Мне оставалось только сидеть здесь, полуоглохшей на несколько минут, когда появился куритянский Лучник в сопровождении трёх других мехов. Руки Лучника были подняты, а люки ракетных шахт были опущены и закрыты. В замешательстве я не могла открыть огонь. Пилот открыл люк своей кабины и высунул незащищённую голову. Он продолжал сближаться и, казалось, не беспокоился, когда я навела прямо на него свой лазер. Он остановился в нескольких метрах впереди меня и начал кричать и жестикулировать. Поскольку я не поняла его и не могла открыть кабину, я с помощью руки своего меха подала аварийный знак, что у меня не работает связь.
В ответ правая рука Лучника поднялась вверх и, казалось, подала мне свой собственный знак. Первые два пальца руки меха вытянулись, пока другие два прижались к ладони, с большим пальцем под ними. Жест был для меня непонятен. К этому времени куритянский воин вернулся к управлению, и мех пришёл в движение. Я позволила ему подойти ещё ближе, хотя разве был выбор у Стингера против четырёх тяжёлых мехов?
Куритянский пилот опустил своего меха на колени. Пока я недоверчиво наблюдала за ним, Лучник отгрёб крупные скальные обломки вокруг моего меха. Один из других мехов, Феникс-Ястреб, двинулся вперёд, и два меха сдвинули булыжник с ноги моего меха. Они помогли мне подняться и придерживали меня, пока я проверяла состояние меха. Он был на удивление в хорошем состоянии – учитывая, в какую передрягу он попал. Затем пилот указал мне на юг, вдоль горного обрыва, откуда я могла вернуться в своё подразделение. Пока я не присоединилась к своим, я так и не поняла, что было объявлено прекращение огня.
Я никогда не встречала куритянских воинов, которые помогли мне выбраться из затруднительного положения, потому что вскоре я была переведена с этой планеты. Одна мысль не покидала меня − странный жест мехвоина. В течении всего следующего года я спрашивала об этом других пилотов, но ни один из них, как и я, не знал его. В итого я проконсультировалась с одним историком, из университета неподалеку от нашей базы. Я показала ему этот жест, сильно опасаясь, что это что-нибудь непристойное. Но мужчина всего лишь улыбнулся и начал рыться в некоторых старых книжках, большинство которых содержали в себе древние фотографии ХХ-ого века. Наконец ему показалось что он нашёл, что он искал, и протянул мне книгу, открытую на странице с изображением молодого человека, показывающего аналогичный жест. Подпись была проста − «мир».
Капитан Лессива Торал (отставник ВСФСл), цитата из «Анекдотов Эпохи войн» под редакцией герцога Оскара Флайта, издательство «Хроники Терранской войны», 2661 г.
Помощь
